И Слово стало плотию. Часть 2

0
679

1 В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог.
2 Оно было в начале у Бога.
(Иоан.1:1,2)

ПРЕДВЕЧНОЕ СЛОВО

Начало Евангелия от Иоанна имеет такое большое значение и наполнено столь глубоким смыслом, что нам придется изучать почти каждый стих в отдельности.

Главная мысль Иоанна заключается в том, что Иисус — никто иной, как созидающее, дающее жизнь и свет Слово Божие, что Иисус — сошедшая на землю во плоти в обличий человека сила Божия, которая сотворила мир, и разум Божий, который сохраняет этот мир.

Здесь, в самом начале, Иоанн высказывает три мысли о Слове, то есть об Иисусе.

1Слово пребывало уже в самом начале всего.

Мысль Иоанна обращается к первому стиху Библии.

«В начале сотворил Бог небо и землю» (Быт. 1,1).

А говорит Иоанн вот что: слово не относится к сотворенному; слово пребывало до творения; слово — не часть мира, возникшего во времени, слово — от вечности и пребывало в ней с Богом еще до начала времен и мира, то есть предшествовало им. Иоанн думал при этом о предвечности Христа.

В связи с этой идеей предвечности и с возможностью понять ее, если это вообще возможно, возникают трудности. Но в ней заложена одна очень простая, очень практическая, и прямо-таки потрясающая мысль: если слово было с Богом до начала времен, если слово Божие является составной частью извечной схемы мироздания, то это значит, что Бог всегда был подобен Иисусу.

Иногда мы склонны думать о Боге, как о суровом и мстительном; и мы склонны думать, что сделанное Иисусом обратило гнев Божий в любовь и изменило Его отношение к людям. В Новом Завете нет и намека на такое представление о Боге. Весь Новый Завет, и этот отрывок Евангелия от Иоанна в особенности, говорят нам, что Бог всегда был подобен Иисусу. Иисус же, открыл окно во времени, чтобы мы могли видеть вечную и неизменную любовь Божию.

Но могут спросить: «А как же тогда с некоторыми вещами, которые мы читаем в Ветхом Завете? Как насчет отрывков, в которых говорится о повелениях Бога стереть с лица земли целые города и уничтожить мужчин, женщин и детей? Как же тогда насчет гнева и ревности Бога, о которых мы иногда читаем в более древних разделах Писания?»

На это нужно ответить, что изменился не Бог, изменились знания людей о Нем; люди писали о Нем так, потому что они ничего лучшего не знали; их знания достигли тогда только такой степени.

Ребенок учит какой-нибудь предмет по этапам, он не начинает с полного знания, он начинает с того, что может понять, а потом идет дальше и дальше. Когда он начинает понимать музыку, он начинает не с прелюдий и фуг Баха, а с чего-нибудь намного более простого и проходит разные этапы, пока его знания не возрастут.

Так же обстояло дело и в отношениях между людьми и Богом. Они могли вначале угадывать и понимать какую-то часть существа Бога и Его действий. Лишь с приходом Иисуса они увидели полностью и совершенно, каким Бог был всегда.

Рассказывают, что однажды одной маленькой девочке читали одну из самых кровожадных и диких историй Ветхого Завета. «Но это же было до того, как Бог стал христианином», — сказала она.

Если мы прочтем в этом свете слова Иоанна о том, что слово пребывало всегда, то поймем, что он хочет сказать этим, что Бог всегда был «христианином». Он говорит нам, что Бог был, есть и всегда будет таким, как Иисус, но люди не могли осознать этого до того, как пришел Иисус.

2«И слово было у Бога«, — говорит Иоанн дальше.

Что он подразумевает под этим?

Он подразумевает, что слово и Бог всегда были тесно связаны друг с другом. Выразим это иначе, проще — между Иисусом и Богом всегда существовала неразрывная связь. Это значит, что никто, кроме Иисуса, не может поведать нам, что такое Бог, какова воля Божия по отношению к нам, что такое любовь Божия, сердце и разум Божий.

Возьмем простую аналогию из жизни людей.

Если мы хотим узнать, что человек действительно думает и чувствует по отношению к чему-нибудь, а мы сами не можем подойти к нему и спросить его об этом, мы обращаемся за информацией к тому, кто долгое время был его ближайшим другом, а не к кому-нибудь, кто мало или плохо знает его. Мы знаем, что он такой близкий человек, что он сможет объяснить нам мысли и чувства интересующего нас человека.

То же самое говорит об Иисусе Иоанн.

Он говорит, что Иисус всегда был с Богом. Потолкуем совершенно человеческим языком, потому что мы только на нем и можем толковать: Иоанн заявляет, что Иисус настолько близок с Богом, что у Бога нет от Него секретов и тайн; и что, поэтому, во всей вселенной лишь Иисус может открыть нам, что такое Бог и как Он относится к нам.

3И, наконец, Иоанн говорит, что Слово было Бог.

Нам трудно понять эту фразу, а трудно это еще и потому, что в греческом, на котором она написана, существуют отличные от русского языка способы выражения.

В греческом существительное почти всегда употребляется с определенным артиклем. В
греческом Бог — теос, а определенный артикль хо. Когда в греческом говорится о Боге, то говорится не просто теос, а говорится хо теос. Когда же в греческом существительное употребляется без определенного артикля, это существительное становится скорее прилагательным.

А Иоанн не говорит, что слово было хо теос, это значило бы, что слово было идентично Богу, было одно с Богом; он говорит, что слово было теос — без определенного артикля, а это означает, что слово было, можно сказать, по характеру и по свойствам, по существу и по бытию тем же, что и Бог.

Когда Иоанн говорит, что Слово было Бог, он не говорит, что Иисус был одно с Богом, Он был идентичным с Богом; он говорит, что Он был настолько таким же, как Бог, по разуму, по сердцу и по бытию, что в Нем мы отлично видим, что такое Бог.

И вот, уже в самом начале Евангелия от Иоанна говорится, что в Иисусе самым совершенным образом людям было открыто, каким Бог всегда был и будет, а также все Его чувства и желания по отношению к людям.

3 Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть.
(Иоан.1:3)

СОЗДАТЕЛЬ ВСЕГО СУЩЕГО

Может показаться странным, что Иоанн так сильно подчеркивает как же был создан мир, и может показаться странным что он так сильно подчеркивает связь Иисуса с результатом творения. Но это было необходимо в связи с определенными тенденциями в мировоззрении той эпохи.

Ересь — «гностицизм».

Абраксас — верховное божество гностиков
Абраксас — верховное божество гностиков

В эпоху Иоанна широкое распространение имела ересь, получившая общее название гностицизм, отличавшаяся интеллектуальным и философским подходом к христианству.

Гностики считали недостаточным просто верить, как это делал простой христианин; они пытались превратить христианство в
своего рода философскую систему: их волновало существование греха и порока, печалей и страданий в этом мире и они разработали для объяснения всего этого свою теорию.

Эта теория сводилась к следующему.

В самом начале существовали с одной стороны Бог, а с другой стороны — материя. Материя существовала извечно и представляла в глазах гностиков сырой материал, из которого был сотворен мир.

Эта первоначальная материя, по представлению гностиков, была несовершенной и с пороками, другими словами, у этого мира было плохое начало: он был создан из материала в котором было заложено семя порчи.

Но гностики на этом не останавливались. Бог, говорили они, это чистый Дух, а чистый Дух вообще не может касаться материала, а тем более несовершенной материи, и потому Бог Сам не мог выполнить работу по сотворению мира.

Бог эманировал, испустил по выражению гностиков, из себя серию излучений, каждое из которых было все дальше и дальше от Него, и, по мере того, как эти излучения (эманации) все дальше и дальше удалялись от Него, они все меньше и меньше знали о Нем, и, потому, где-то посередине это излучение уже ничего не знало о Боге, а дальше эти эманации не просто не знали о Боге, но были действительно враждебно к Нему настроены.

Наконец, в этой серии эманации нашлась такая, которая совершенно ничего не знала о Боге и была совершенно враждебно к Нему настроена — и именно эта эманация была той силой, которая создала мир. Она была столь удалена от Бога, что могла касаться порочной и несовершенной материи: бог-творец был чрезвычайно удален от реального Бога и крайне враждебен Ему.

Но гностики пошли еще дальше. Они отождествляли бога-творца с Богом Ветхого Завета и считали, что бог-творец совершенно отличается от Бога-Отца Иисуса Христа, ничего не знает о Нем и крайне враждебен Ему.

В эпоху Иоанна такого рода верования получили широкое распространение. Люди считали, что мир порочен, и что сотворил ею злой Бог. И вот в борьбе с этими учениями Иоанн излагает две фундаментальные христианские истины.

Собственно говоря, в Новом Завете именно из-за этого представления о том, что Бог совершенно далек и отгородился от Его мира, в Новом Завете неоднократно указывается на связь Иисуса с творением. В Кол. 1,16 Павел пишет: «Ибо Им создано все, что на небесах и что на земле… все Им и для Него создано«. Автор Послания к Евреям пишет о «Сыне… чрез Которого (Бог) и веки сотворил» (Евр. 1,2).

В связи с изложенным нужно отметить две великие истины.

1Христианство всегда верило в то, что можно назвать творение из ничего.

  • Мы не полагаем, что при сотворении мира Бог должен был работать с чуждой Ему порочной материей.
  • Мы не считаем, что в самом начале в мире уже был какой-то порок, недостаток; мы не верим, будто в начале мира стоит Бог и еще нечто другое.
  • Мы верим в то, что за всем стоит Бог и только один Бог.

2Христианство всегда верило в то, что этот мир — мир Божий.

Бог вовсе не так удален и отгорожен от мира, чтобы Ему не было никакого дела до него; Он близко с ним связан.

Гностики пытались возложить вину на царящее в мире зло на плечи его создателя, христианство же считает, что недостатки мира связаны с грехом человека. Но хотя грех действительно причинил ущерб миру и не позволил ему стать таким, каким он мог бы быть, мы не можем презирать этот мир, потому что он действительно — мир Божий.

Вера в это дает нам новое ощущение ценности этого мира и новое чувство
ответственности за него.

Есть такой рассказ о девочке с окраиной улицы большого города, которую взяли на один день в деревню. Когда девочка увидела колокольчики в лесу, она спросила: «Как вы думаете, Бог не будет ругаться, если я сорву несколько Его цветочков?«.

Это мир Божий, он принадлежит Богу, и в нем все идет своим чередом, и потому мы должны пользоваться всем, помня о том, что все это принадлежит Богу.

Христианин не принижает мир верованиями в то, что он был создан невежественным и враждебно настроенным богом; христианин славит этот мир, помня о том, что везде, за всем и во всем — Бог.

Христианин верит в то, что Христос, Который воссоздает этот мир, был соратником Бога при первоначальном сотворении мира, и что в акте искупления Бог хочет вернуть Себе то, что Ему всегда принадлежало.

Далее: часть 3 – жизнь и свет.

Интересовался темой:

image_pdfСохранить материалimage_printРаспечатать статью